ЧЕ по художественной гимнастике: Украина выиграла еще два "золота"

Майк Тайсон - Рой Джонс: показательный бой завершился ничьей

Рада готова рассмотреть госбюджет-2021 в установленные сроки, - Кондратюк

Европарламент принял резолюцию по Беларуси

"Служебная халатность привела к смерти, Зеленский сядет в тюрьму" - ветеран

Вступили в силу изменения в правила дорожного движения

Самая коварная угроза. Известный американский философ Фрэнсис Фукуяма — о том, с каким вызовом столкнулся мир и к чему это приведет

10.10.2020 20:01 | Общество | Просмотров: 32

Американский философ Фрэнсис Фукуяма в статье для American Purpose анализирует причины кризиса либерализма как политической модели управления и объясняет его преимущества

Сегодня сложился консенсус в отношении того, что во многих частях мира демократия находится под угрозой или отступает. (…) Демократии бросают вызов авторитарные государства, такие как Россия и Китай, манипулирующие свободными и справедливыми выборами или вовсе обходящиеся без них. Но более коварная угроза исходит от популистов в рамках существующих либеральных демократий, которые используют легитимность своих избирательных мандатов, чтобы бросить вызов либеральным институтам или подорвать их. Такие лидеры, как Виктор Орбан в Венгрии, Нарендра Моди в Индии и Дональд Трамп в Соединенных Штатах, пытались подорвать независимость судебной системы, внедряя в суды политических сторонников, открыто нарушали законы или пытались делегитимизировать прессу, называя основные СМИ «врагами народа». Они пытались распустить профессиональную бюрократию и превратить ее в ангажированный инструмент, информирует NewsOboz.org со ссылкой на НВ.

Однако современная атака на либерализм гораздо серьезнее, чем амбиции горстки популистов. Они не добились бы такого успеха, если бы не поднялись на волне недовольства некоторыми основными чертами либерального общества. Чтобы понять это, нам нужно взглянуть на исторические истоки либерализма, его эволюцию на протяжении десятилетий и ограничения как руководящей доктрины.

Чем был либерализм

Классический либерализм — институциональное решение проблемы управления разнообразием. Он возник в Европе в конце 17-го и 18-го веков в ответ на религиозные войны, последовавшие за протестантской Реформацией, войны, которые длились 150 лет и унесли жизни значительной части населения континентальной Европы (…)

Самый фундаментальный принцип либерализма — это принцип толерантности. Пределы терпимости достигаются только тогда, когда ставится под сомнение сам принцип терпимости или, когда граждане прибегают к насилию, чтобы добиться своего.

В таком понимании либерализм был просто прагматическим инструментом для разрешения конфликтов в различных обществах. Его использовали, чтобы снизить накал политики, сняв с повестки дня вопросы о конечных целях общества и переместив их в сферу частной жизни. Это сегодня остается одним из его самых важных ключевых моментов. (…)

Однако существует более глубокое понимание либерализма, которое развилось в континентальной Европе и было включено в современную либеральную доктрину. С этой точки зрения либерализм — это не просто механизм прагматического предотвращения насильственных конфликтов, но также средство защиты базового человеческого достоинства.

Таким образом, либерализм защищает разнообразие, сознательно не определяя высшие цели человеческой жизни. (…)

Последней характеристикой исторического либерализма была его связь с правом собственности. Право собственности и обеспечение соблюдения контрактов через юридические институты стали основой экономического роста в Великобритании, Нидерландах, Германии, США и других государствах, которые не обязательно были демократическими, но защищали это право. По этой причине либерализм прочно ассоциируется с экономическим ростом и модернизацией. Исторически наиболее приверженным либерализму классом был класс собственников, не только землевладельцев, но и бесчисленное множество владельцев бизнеса и предпринимателей из среднего класса, которых Карл Маркс называл буржуазией.

Либерализм связан с демократией, но это не одно и то же. Режимы могут быть либеральными, но не демократическими: на ум приходят Германия в 19 веке, Сингапур и Гонконг в конце 20 века. Начиная с Французской революции, появились радикальные сторонники демократического равенства, которые были готовы полностью отказаться от либерального верховенства права и передать власть диктаторскому государству, которое уравняло бы результаты. Под знаменем марксизма-ленинизма это стало одной из величайших линий разлома 20-го века.

Помимо коммунизма, у либерализма появился еще один конкурент: национализм. Националисты стремились предоставить права только своей избранной группе, определяемой культурой, языком или этнической принадлежностью. В течение 19-го века Европа реорганизовалась с династической на национальную основу с объединением Италии и Германии и с ростом националистической агитации внутри многонациональной Османской и Австро-Венгерской империй. В 1914 году это переросло в Первую мировую войну, погубившей миллионы людей и положившей начало второй мировой войне в 1939 году.

Поражение Германии, Италии и Японии в 1945 году проложило путь к восстановлению либерализма как господствующей идеологии демократического мира. Европейцы осознали недальновидность формирования политики вокруг ограничивающего и агрессивного понимания нации и создали Европейское сообщество, а затем Европейский Союз, чтобы подчинить старые национальные государства совместной транснациональной структуре. Со своей стороны, Соединенные Штаты сыграли важную роль в создании нового набора международных организаций, включая Организацию Объединенных Наций (и аффилированные с ней Бреттон-вудские институты, такие как Всемирный банк и МВФ), Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ) и Всемирную торговую организацию, а также совместные региональные предприятия, такие как НАТО и Североамериканская зона свободной торговли (NAFTA).

Самая большая угроза этому порядку исходила от бывшего Советского Союза и лояльных к нему коммунистических партий в Восточной Европе и развивающихся странах. Но Советский Союз распался в 1991 году, и многие бывшие коммунистические страны стремились интегрироваться в существующие международные институты, такие как ЕС и НАТО. Этот мир, переживший Холодную войну, в совокупности стал известен как либеральный международный порядок. А период с 1950 по 1970-е был временем расцвета либеральной демократии в развитом мире. (…)

Недовольство либерализмом

У либерализма также есть ряд недостатков, некоторые из которых были вызваны внешними обстоятельствами, а другие присущи доктрине. Первые относятся к сфере экономики, вторые — к сфере культуры.

Первый аспект — экономические недостатки — связан с тенденцией экономического либерализма эволюционировать в то, что стало называться «неолиберализмом». Сегодня неолиберализм — это уничижительный термин, используемый для описания формы экономической мысли, часто связанной с Чикагским университетом или австрийской школой, а также с такими экономистами, как Фридрих Хайек, Милтон Фридман, Джордж Стиглер и Гэри Беккер. Они резко очерняли роль государства в экономике и делали упор на свободных рынках как на стимулах роста и эффективных распределителях ресурсов.

Но достоверные представления об эффективности рынков превратились в нечто вроде религии, в которой государственному вмешательству противостояли не на основе эмпирических наблюдений, а из принципа. Дерегулирование привело к снижению цен на авиабилеты и расходы на перевозку грузовиков, но также заложило основу для большого финансового кризиса 2008 года, когда оно было применено к финансовому сектору. Приватизацию проталкивали даже в случаях естественных монополий, таких как муниципальные системы водоснабжения или электросвязи, что приводило к карикатурным приватизациям, как в случае с мексиканской TelMex, где государственная монополия была преобразована в частную. Возможно, главным было то, что фундаментальная идея теории торговли, согласно которой свободная торговля ведет к увеличению благосостояния всех заинтересованных сторон, игнорировала то, что при более глубоком анализе это оказывалось правдой только в общей сложности, а либерализация торговли наносит ущерб многим людям.

В период с 80-х годов прошлого века были заключены как глобальные, так и региональные соглашения о свободной торговле, в результате которых рабочие места и инвестиции были перемещены из богатых демократических стран в развивающиеся страны, что усилило неравенство внутри страны. Между тем, многие страны лишились государственных ресурсов и внимания, что привело к дефициту множества государственных услуг — от образования до здравоохранения и безопасности.

В результате к 2010-м годам сформировался мир, в котором совокупные доходы были выше, чем когда-либо, но неравенство внутри стран также значительно выросло. Во многих странах мира появился небольшой класс олигархов, мультимиллиардеров, которые могли конвертировать свои экономические ресурсы в политическую власть с помощью лоббистов и покупки медиа-собственности. Глобализация позволила им легко переместить свои деньги в безопасные юрисдикции, лишив страны налоговых поступлений и очень затрудняя регулирование. Глобализация также повлекла за собой либерализацию правил миграции. Население иностранного происхождения начало расти во многих западных странах, чему способствовали такие кризисы, как гражданская война в Сирии, в результате которой в Европу было отправлено более миллиона беженцев. Все это подготовило почву для популистской реакции, которая стала очевидной в 2016 году после голосования Великобритании за Brexit и избрания Дональда Трампа в США.

Второй аспект недовольства либерализмомразвивавшимся на протяжении десятилетий, коренится в самых его предпосылках. Либерализм намеренно занизил горизонт политики: либеральное государство не скажет вам, как жить своей жизнью или что влечет за собой хорошая жизнь; то как вы стремитесь к счастью, зависит только от вас. Это создает вакуум в основе либерального общества, который часто заполняется потреблением, поп-культурой или другими случайными действиями, которые не обязательно приводят к процветанию человечества. (…)

Это приводит нас к более глубокому уровню недовольства. Либеральная теория, как в ее экономической, так и в политической форме, строится вокруг людей и их прав, а политическая система защищает их способность делать этот выбор автономно. Действительно, в неоклассической экономической теории социальное сотрудничество возникает только в результате того, что рациональные индивиды решают, что работа с другими индивидами — в их личных интересах. Среди консервативных интеллектуалов Патрик Денин пошел дальше всех, утверждая, что весь этот подход глубоко ошибочен именно потому, что он основан на этой индивидуалистической предпосылке и превозносит автономию личности над всеми другими благами. Для него был провален весь американский проект, основанный на принципах индивидуализма Локка. Для него люди — это в первую очередь не автономные личности, а глубоко социальные существа, которые определяются своими обязанностями и связями с целым рядом социальных структур, от семей до родственных групп и наций.

Это социальное понимание человеческой природы подкреплено большим количеством недавних исследований в области естественных наук: люди жестко запрограммированы на то, чтобы быть социальными существами. Многие из наших наиболее важных способностей — это те, которые побуждают нас сотрудничать друг с другом в группах различных размеров и типов. Это сотрудничество не обязательно возникает из рационального расчета; оно поддерживается эмоциональными способностями, такими как гордость, вина, стыд и гнев, которые укрепляют социальные связи.

Напротив, тот вид индивидуализма, который прославляется в либеральной экономической и политической теории, возник из правил наследования, установленных католической церковью во времена раннего Средневековья, подорвавших обширные сети родства, которые характеризовали германские племенные общества. Индивидуализм был дополнительно подтвержден его функциональностью в продвижении капитализма: рынки работали более эффективно, если люди не были связаны обязательствами перед родственниками и другими социальными сетями. Но подобный индивидуализм всегда противоречил социальным склонностям людей. Это также не является естественным для людей в некоторых других незападных обществах, таких как Индия или арабский мир, где родственные, кастовые или этнические связи все еще являются правилами жизни.

Последствия этих наблюдений для современных либеральных обществ очевидны. Члены таких обществ хотят иметь возможность cблизиться друг с другом множеством способов: как граждане страны, члены этнической или расовой группы, жители региона или приверженцы определенного набора религиозных убеждений. Принадлежность к группе придает их жизни смысл, который не может дать простое гражданство в либеральной демократии (…).

Либеральные ценности, такие как толерантность и личная свобода, ценятся особенно сильно, когда в них отказывают: люди, живущие в условиях жестокой диктатуры, хотят простой свободы говорить, общаться и выбирать религию по своему усмотрению. Но со временем жизнь в либеральном обществе начинает восприниматься как должное, а чувство общности кажется слабым.

Есть еще одна важная проблема, которую либерализм не может адекватно решить, а именно граница гражданства и прав. Предпосылки либеральной доктрины тяготеют к универсализму: либералов волнуют права человека, а не только права англичан, белых американцев или какого-то другого ограниченного класса людей. Но права защищены и обеспечиваются государствами, имеющими ограниченную территориальную юрисдикцию, и вопрос о том, кто может считаться гражданином с правом голоса, становится весьма спорным. Некоторые защитники прав мигрантов отстаивают универсальное право человека на миграцию, но это политический провал практически в каждой современной либеральной демократии.

Вывод

Владимир Путин заявил Financial Times, что либерализм стал «устаревшей» доктриной. Хотя сегодня либерализм может подвергаться атакам со многих сторон, на самом деле он необходим как никогда.

Потому что это, по сути, средство управления разнообразием, а сейчас мир более разнообразен, чем когда-либо. Демократия, отделенная от либерализма, не защитит разнообразие, потому что большинство будет использовать свою власть для подавления меньшинств. Либерализм зародился в середине 17 века как средство разрешения религиозных конфликтов, а после 1945 года он возродился снова, чтобы разрешить конфликты между националистами. Даже Россия сохраняет либеральные черты: российское гражданство и национальность не определяется ни национальностью «русский», ни православной религией; миллионы мусульман Российской Федерации пользуются равными юридическими правами. (…)

Единственный другой способ организовать разнообразное общество — это формальные договоренности о разделении власти между различными группами идентичности. Это способ правления в Ливане, Ираке, Боснии и других странах Ближнего Востока и Балкан. Это приводит к долговременной нестабильности и плохо работает в обществах, где группы идентичности не имеют географической привязки. Это не тот путь, по которому должна идти любая современная либеральная демократия.

Нынешний кризис либерализма не нов. С момента своего изобретения в 17 веке либерализму неоднократно бросали вызов коммунитаристы справа и прогрессивные эгалитаристы слева. Правильно понятый либерализм полностью совместим с коммунитаристскими импульсами и является основой расцвета глубоких и разнообразных форм гражданского общества. Проблема либерализма в том, что он работает медленно, обдумывая и находя компромисс, и никогда не достигает своих целей общественной или социальной справедливости в той мере, как того хотелось бы их сторонникам. Но трудно понять, как отказ от либеральных ценностей приведет в долгосрочной перспективе к чему-либо, кроме усиления социальных конфликтов и, в конечном итоге, к возвращению насилия как средства разрешения разногласий.

Полную версию читайте на AMERICAN PURPOSE







загрузка...

...
...





Распродажа







Популярное



Британский врач назвал продукты для защиты от коронавируса

Начало Рождественского поста: чем питаться и как соблюдать

"Любим тебя больше жизни". 53-летний "танцующий миллионер" из Италии впервые стал отцом. ФОТО, ВИДЕО

От индийцев к индейцам. Запутанная история кардамона

На 94-м году жизни скончалась вдова Сергея Бондарчука, актриса Ирина Скобцева. ФОТО

Алена Шоптенко навсегда покидает "Танці з зірками: 5 партнеров танцовщицы в истории "Танців з зірками". ВИДЕО



Кто такой Сергей Тарута? Последние новости о политике и бизнесмене, владельце партии "Основа".